Журнал / ФЕВРАЛЬ 2017

Так вот ты какой, северный олень!

Северный лесной олень — животное для Нижнего Новгорода важное. Кто не помнит, именно он красуется на гербе города, именно он смотрел с капота выходившей из главных ворот ГАЗа 21‑й «Волги», но вот именно его, то есть живого оленя, в Нижегородской области не было. Вернее, были, но 100 лет назад, когда истребили последнего. Спустя век в регионе началась работа по восстановлению численности северного лесного оленя.

Поселок Рустай, что входит в городской округ город Бор, вроде и недалеко от областного центра расположен, но до него еще добраться надо. Сначала до Останкина, потом резко влево и еще километров 40. Пару десятилетий назад доехать до Рустая было еще сложнее: вместо дороги было направление, шла туда еще, правда, узкоколейка, но на отдельных участках крошечный поезд шел со скоростью пешехода. Местные жители, которые пользовались им, поезд ласково называли «кукушкой». Долгое время на поезде вывозили ценный лес, но в начале 1990‑х вырубки стали уменьшаться, а рядом с Рустаем был организован заповедник, кстати, единственный на сегодняшний день в Нижегородской области. Не так давно здесь начали возрождать популяцию северного оленя и даже определенных успехов добились — не так давно в заповеднике появился на свет первый олененок с нижегородской пропиской.

Оленье царство

Оленей привезли сюда из-под Волоколамска и из Великого Устюга — там находятся зоопитомники Московского зоопарка. Привезти оленя — задача сложная, ведь животные плохо переносят дорогу — нервы и сердечко слабые. Те, что смогли преодолеть путь в несколько сотен километров, в заповеднике прижились. Сейчас в Рустае живут восемь оленей, впрочем, увидеть можно только трех: главу семьи Игната, его возлюбленную Леночку и их сына Зиновия. Остальные содержатся в глубине заповедника, вдали от посторонних глаз.

Зимой в Рустае остается жить пара сотен человек

«Нам часто задают вопрос: “А где олени?” Мы не зоопарк, чтобы их показывать. При экоцентре есть семья оленей, чтобы люди видели, чем мы занимаемся, так как часть нашей работы не только защита, охрана и воспроизводство животных и зеленых насаждений, но и просветительская деятельность», — рассказывает методист Керженского заповедника Ольга Гореловская.

Вырастить оленя, да еще северного лесного — задача совсем нелегкая. В отличие от северных тундровых оленей северные лесные довольно пугливы, но при этом, как и все олени, страшно любопытны. 100 лет их копыта не вступали в здешние леса.

«Все очевидно: Гражданская война, на местах полное безвластие, в деревнях банально нечего есть, при этом у людей полно оружия. Сложите вместе все эти факты, и вы поймете, почему северные олени в Нижегородской области были полностью истреблены», — отмечает руководитель экоцентра «Дронт» Асхат Каюмов.

Олени боятся посторонних, но иногда любопытство сильнее

После началась индустриализация, активным стало кировское направление — железнодорожные и автомобильные пути, что и вовсе отрезало возможные пути миграции для оленей. Попытки возродить поголовье были, но в расчетах допустили ошибки. Вместо лесных в регион привезли тундровых оленей, которые людей боятся в гораздо меньшей степени. Отчего они и погибли — попросту были убиты охотниками, да и кормовая база в здешних лесах для тундровых оленей не особо пригодна. Ежемесячно небольшое стадо в Рустае съедает 1,5 тонны ягеля. Помимо этого в рационе отруби, овес, комбикорм, ивовые веники. Летом олени с аппетитом едят грибы, зимой — морковку. Ее приносят смотрители в качестве лакомства.

Человек как фактор

Кажется, что и местные жители начали гордиться таким соседством, но так было далеко не всегда. Конфликт администрации заповедника и жителей то затихает, то обостряется, хотя активная фаза уже пройдена. «Самое сложное, пожалуй, было объяснить местным и дачникам значение слова “заповедник”: что туда, куда ходили раньше, теперь ходить нельзя», — вспоминают старожилы заповедника.

Лучшее средство передвижения по заповеднику — вездеход

В самом начале жители Рустая и соседних поселков активно противостояли новым требованиям, в результате чего у заповедника сгорело несколько машин, кордонов, складов и домиков лесников. Больше всего не устраивал запрет на охоту и на сбор дикоросов: здешние места богаты болотными ягодами и грибами. Впрочем, в леса ходили не только окрестные жители — в Нижнем Новгороде формировались целые артели по сбору клюквы. Охрана, нанятая из числа местных, положила конец нашествию посторонних, но вопрос с доступом в лес жителей самого Рустая оставался открытым. Компромиссное решение все же было найдено. Рустайцы получили специальные пропуска на доступ к части заповедной территории. Дачники, которых здесь большинство, получили временные пропуска, которые каждый год необходимо продлевать в администрации заповедника. «Местные больше не беспокоят своим браконьерством? Вы же без оружия ходите в отличие от егерей», — спрашиваем мы у сопровождающего нас руководителя Керженского заповедника Михаила Языкова. «Ставки не те. Мы же не на Байкале, где за пару дней нереста омуля можно несколько сотен тысяч рублей заработать. Убрали узкоколейку, которая шла через заповедный лес, — стало проще. Раньше некоторые собственные мотодрезины использовали, а в каждую ведь не заглянешь. Поставили шлагбаумы с замками на въездах — стало еще проще», — отвечает собеседник.

Более того, за годы работы местные жители прониклись идеей охраны окружающей среды и сами стали помогать администрации заповедника выявлять браконьеров. Сначала негласно, а потом и вовсе открыто.

Добро пожаловать!

В экоцентре создана удобная смотровая площадка, из которой за передвижениями семьи оленей можно наблюдать в бинокли или в подзорную трубу. Еще местные работники проводят экскурсию по экоцентру и знакомят гостей с обитателями нижегородских лесов. Помимо этого работники заповедника водят экскурсии в сам лес — по специальным экологическим тропам. Все экскурсии для гостей пока бесплатные. Туристов немного, но и тех, кто приезжает, достаточно. В день лесная тропа способна пропустить без вреда для экологии только 50 человек. Керженский, наверное, уже единственный из заповедников в России, который не берет деньги за посещение.

В сердце заповедника

В Керженском собирают экспедицию на север России — разрешение на отлов оленей в дикой природе получено. Удастся экспедиция или нет — здесь не загадывают, но верят в лучшее. Мы же пересаживаемся в вездеход «Бобр» и едем по заповедному лесу на кордон к остальному стаду. Его впервые показывают журналистам. Работники вольерного комплекса живут тут вахтовым методом по нескольку суток. Из всех доступных развлечений — радио на батарейках и сканворды. Впрочем, здесь свободного времени практически нет: утром нужно задать оленям корм, вычистить кормушки, перенести мешки с ягелем со склада в теплую избушку, чтобы он не слеживался на морозе, прибраться в этой избушке, созвониться с заповедником — доложить обстановку, а тут уже и вечер на носу. Снова надо корм задать, обход территории провести. Волки по ночам — гости не редкие, но за ограду не заходят. Дым от печки их тоже отпугивает. Нас угощают чаем в железных кружках и спрашивают, как там в городе. Михаил Сойма — смотритель, на вахту заступил сутки назад. Говорит, что привык к одиночеству. Здесь, в сердце заповедника, компанию ему составляют олени и иное зверье, которое порой вплотную подходит к вольеру.

В экоцентре можно сравнить свой рост со здешними обитателями

День клонится к вечеру — егеря составляют маршрут обходов на завтра, а в Рустае, в экоцентре, верстают планы работы на год. А вот и подошло время кормить семью оленей, содержащуюся в вольере. Светлану Кокурину, специалиста вольерного комплекса, олени знают и заранее бегут к ней, видят, что пришла не с пустыми руками, а с мешком, в котором есть что-то вкусненькое. «Олени меня с опаской встретили, но буквально за пару недель пообвыклись, — рассказывает Светлана. — К чужим настороженно относятся, но любопытство все же велико. Кто пришел? С чем? Зачем?»

На будущее

В заповеднике отмечают, что последние несколько лет спрос на земельные участки в Рустае стремительно растет. По прогнозам, в скором времени здесь будет коттеджный поселок, а не как прежде богом забытое село. Подсобным хозяйством уже сейчас почти никто не занимается. Если раньше стадо коров было весьма внушительным, то сейчас на весь Рустай лишь несколько буренок осталось. Что принесут эти перемены заповеднику? «Сложно сказать, — размышляет Михаил Языков. — Время покажет. Главное, что число случаев браконьерства снижается, да и в зону покоя тоже стало меньше проникновений».

Искренне хочется надеяться, что пугливым и осторожным, но таким любопытным и доверчивым северным лесным оленям в заповеднике будет комфортно и безопасно, а люди сделают все возможное для этого.

Текст: Ярослав Гунин

Фото: Роман Бородин.

Поделиться:
Скрыть рекламу

Отпуск в подарок

Целый год совершай покупки по карте постоянного покупателя ТРЦ «Седьмое небо», накопи самую большую сумму и получи в подарок путевку для всей семьи. Промежуточные итоги будут подведены 8 марта.

7nebonnov.ru