16+
Журнал / АПРЕЛЬ 2018

Это сладкое слово «свобода»

Экономика и наше устройство жизни, цены на еду и лекарства, тарифы ЖКХ, ремонт дорог... То, что людям не нравится, и то, что они хотят улучшить, — об этом важно говорить. Национальный план развития конкуренции во главу угла ставит цель: повышение удовлетворенности людей. Но как узнать, что необходимо? Инструмент — свобода слова.

Общественный договор о свободе слова — право высказаться и быть услышанным — должен работать на национальные интересы и интересы граждан на проблемных полях.

«Слово — самое сильное оружие человека», — полагал Аристотель. Силовое поле слова — публичное пространство, в котором оно звучит. Однако надо структурировать процесс, помочь людям осознать возможности и связанные с этим ограничения.

Нужны ли ограничители?

Государство призвано защищать своих граждан. И в этих целях оно, конечно же, должно защищать и себя, и национальное законодательство.

Границы свободы слова заданы Конституцией, касается ли это контента или форм подачи информации, которые регулирует законодательство.

Глобализация продолжает приобретать новые формы, структура ее подвижна, поэтому необходимы своевременные, связанные с вызовами цифровизации, реакции со стороны государства.

Особенно это касается России — общества, которое находится на транзитивном этапе и быстро меняется само по себе. Изменение технологий и средств доставки информации накладываются на изменения внутристрановые. Поэтому молодые государства, подобные современной России, особенно остро чувствуют необходимость обновления форматов реагирования в отношении внешних информационных вызовов. Им приходится эти форматы генерировать, защищая свое внутреннее пространство, свою целостность, идентичность, государственность.

Цензура и выступает как инструмент исполнения государством этих своих важнейших функций.

С тех пор как появилось устное слово и возможности по его распространению, в соответствии с законом единства и борьбы противоположностей складывается диалектическое взаимодействие цензуры (то есть ограничения) и свободы слова. Это как щит и меч, как лекарство и его побочное действие.

Михаил Теодорович

Руководитель УФАС по Нижегородской области

«“Слово — самое сильное оружие человека”, — полагал Аристотель. Силовое поле слова — публичное пространство, в котором оно звучит. Однако надо структурировать процесс, помочь людям осознать возможности и связанные с этим ограничения»

Так какова современная оценочная коннотация этого понятия?

Латинское слово censura, переводимое как «взыскательное суждение, критика» бывает разной. Она привязана ко времени и месту. Когда все очень быстро меняется и критерии тоже подвержены изменениям, особенно важно опереться на некие константы.

Следует отталкиваться от тех базовых ценностей и интересов, которые мы защищаем. От тех табу, которые не должны быть

преодолены никаким образом и которые нельзя размывать хотя бы и средствами свободы слова.

Это сохранение каркаса, который определяет устойчивость и национальную идентичность как таковую.

Несомненно, свобода слова подразумевает ответственность говорящего за то, что он произносит. Ответственность не за правоту, которая подтверждается ощущением или убежденностью в данный момент, которая рождается из фактов и осознания фактов.

Я бы во главу угла поместил совесть.

По мере распространения и укрепления в обществе этических констант цензура будет все больше обретать характер и значение этической нормы, переходя в сферу саморегулирования поведения субъектов на индивидуальном уровне.

Когда мы говорим что-то, пользуемся инструментарием свободы слова, то, хотим того или нет, отвечаем перед собственной совестью за то, что мы делаем.

Перед законом, несомненно, но прежде всего перед собой.

Текст: Михаил Теодорович

Фото: Роман Бородин, Андрей Абрамов

Поделиться: