16+
Журнал / ДЕКАБРЬ 2018

Александр Иванов: «От культурного ландшафта – к геопарку»

Привычный для каждого горожанина вид на Стрелку, где сливаются Ока и Волга, – это уникальный феномен, мировую ценность которого еще предстоит осознать нижегородцам. В этом убежден Александр Иванов, доцент кафедры ЮНЕСКО Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета.

Александр Владимирович, как давно вы разрабатываете тему уникальности культурного и геологического ландшафта места слияния Оки и Волги?

Это очень интересное новое направление, которым нам предложил заниматься ответственный секретарь Комиссии по делам ЮНЕСКО Министерства иностранных дел РФ Григорий Орджоникидзе. Было это год назад во время посещения гостями из ЮНЕСКО форума «Великие реки – 2017». Но начать нужно с того, что вообще вопрос включения какого-либо объекта Нижегородской области в список объектов всемирного наследия ЮНЕСКО периодически поднимается, заинтересованность в этом проявляет правительство региона. Так, буквально несколько месяцев назад заговорили о Нижегородском кремле. Все документы подобного рода неизбежно попадают на нашу кафедру ЮНЕСКО. Высокий авторитет руководителя кафедры и ректора Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета Андрея Лапшина дополняется важным статусом профессора кафедры Татьяны Павловны Виноградовой, которая руководит Нижегородским отделением национального комитета ИКОМОС – Международного совета по сохранению памятников и достопримечательных мест. А включение во всемирное наследие – это вопрос, который решает именно эта организация. Так тема стала для нас вновь актуальной.

Периодически в самых разных источниках можно встретить информацию о возможном включении каких-то исторических объектов на территории Нижнего Новгорода в наследие ЮНЕСКО или даже готовые списки уже включенных объектов. Так выдается желаемое за действительное?

Возможно. Если идти объектным путем, то нам предъявить нечего. Отдельных исторических объектов, которые могли бы претендовать на статус объектов наследия ЮНЕСКО, у нас в принципе нет, потому что утрачена аутентичность из-за новодела. Но мы сейчас ведем речь о сохранении именно культурного ландшафта – объекта культурного наследия, представляющего совместное творения человека и природы, то есть территории, которая живет и меняется. И вот с этой точки зрения появление, например, некорректно проведенной реконструкции или новодела не является неразрешимой проблемой. Лишь бы не менялась суть использования этой территории. Для культурного ландшафта более щадящие требования, чем для уникального объекта. И мы претендуем именно на это – на культурный ландшафт. Если идти этим путем, у нас есть все шансы. Все, что выживает вопреки времени и обстоятельствам, обладает ценностью. В этом отношении примеров у нас много.

И это не музеефикация, это именно наполнение культурных объектов жизнью. А идея геопарков является просто более глобальным продолжением этой идеи.

Зона слияния Оки и Волги имеет все шансы стать охраняемым культурным ландшафтом

Начнем с последнего: что такое геопарк?

Это направление получило бурное развитие в мире именно в XXI веке, и ЮНЕСКО осуществляет методологическое сопровождение деятельности по их созданию и развитию, помогая сформировать глобальную сеть геопарков.

В чем огромный плюс геопарка? Его создание не означает наложение каких-то новых ограничений на экономическую, социальную и иную деятельность на определенной территории. Остаются только уже существующие ограничения, а объектом является не только сама геологическая история Земли, хотя это содержательное ядро, эта история должна прослеживаться на каких-то выдающихся объектах, имеющих уникальный характер, значимость которых подтверждена экспертами ЮНЕСКО. Геопарк – это территория, где поддерживается национальная культура, связанная с этим геологическим объектом.

«Отдельных исторических объектов, которые могли бы претендовать на статус объектов наследия ЮНЕСКО, у нас в принципе нет, потому что утрачена аутентичность из-за новодела. Но мы сейчас ведем речь о сохранении именно культурного ландшафта»

Почему для ЮНЕСКО стала актуальной тема геопарков? Все памятники уже сочтены?

Думаю, актуальность возникла, потому что достигнут определенный предел в музеефикации. Стало понятно, что все, что нужно сохранять, должно жить естественной жизнью, при этом не разрушаясь.

Геопарк – это территория, как правило, большая по площади, чем объекты наследия. И внутри геопарка может быть несколько десятков особо охраняемых объектов – природных и культурных. А вся эта территория позволяет сформировать определенное отношение к этим объектам, в первую очередь у местного сообщества – чтобы люди воспринимали это не как что-то чуждое, что нужно только туристам и каким-то международным организациям, а чтобы понимали, что в этом заключается их экономическое и социальное благополучие. Если они живут в красивом месте, имеющем мировое значение, рядом с выдающимися объектами, их жизнь имеет существенно иное качество.

Но при таком подходе, согласитесь, сложнее поставить… забор. Сложнее определить, что входит в геопарк, а что находится за его пределами, где границы этой охраняемой территории?

Конечно, это история не одного года и не двух. Ко всей территории нашей страны можно в этом отношении серьезно отнестись и выделить совершенно незаурядные, значимые для мира объекты. Но сейчас у России слишком мало объектов, которые входят в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Этой дорогой нужно идти. Но если мы параллельно будем идти и по пути создания геопарков, то это придаст целостность всей этой работе.

Очень важно, что деятельность геопарков в значительной степени экономически самодостаточна, она строится на развитии туризма, народных промыслов, науки, культуры в целом и так далее. Так на одной и той же территории возникают новые традиции и сохраняются старые. На самом деле это очень подвижный живой процесс, которому не требуется уж очень серьезная внешняя поддержка. Она может состоять лишь в том, чтобы засвидетельствовать, что это объект действительно мирового уровня. Хотя на каком-то этапе можно обойтись и без этого подтверждения – можно создать геопарк, опираясь исключительно на наши собственные представления. И это тоже станет экономическим улучшением нашей жизни и более глубоким осмыслением места. Порой для привлечения инвестиций этого вполне достаточно.

Как бы нам ни хотелось, Нижегородский кремль не соответствует требованиям всемирного наследия ЮНЕСКО

Есть в мире примеры таких геопарков?

Сейчас в мире около 130 территорий, входящих в глобальную сеть геопарков ЮНЕСКО. Но общее количество геопарков – более 600. Можно выделить две группы стран-лидеров этого направления. В Европе это Италия, Испания, Греция, но в целом в мире лидируют азиатские страны, в первую очередь Китай. Из примерно 130 геопарков больше 40 расположены именно в Китае. Подтягиваются также Япония и Южная Корея.

У нас в стране есть хоть один пример?

У нас в стране этот процесс начался совсем недавно – в последние два-три года. И наиболее продвинутым регионом является Республика Башкортостан. Летом прошлого года я был там на конференции ЮНЕСКО, где как раз обсуждались четыре варианта создания геопарков в Башкортостане. В конце концов была выбрана одна территория на северо-востоке республики, где уже имеется довольно много особо охраняемых природных и культурных объектов. Это территория с источниками минеральных вод, с выходом геотермальных источников, с зоной вечной мерзлоты. В целом по разнообразию геологических эффектов Башкортостан, конечно, является уникальным местом нашей страны. Сейчас заявка на рассмотрении, и у республики есть очень хорошие шансы получить такой статус и дальше развивать эту территорию. Это будет первой ласточкой. На очереди Алтай, Ульяновская область и Республика Дагестан.

Конечно, мы стали думать: а чем мы хуже? И одна из идей, предложенная вместе с Татьяной Павловной Виноградовой на конференции ИКОМОС, проходившей в сентябре в Новгороде, – придать статус всемирного наследия культурному ландшафту в зоне слияния Оки и Волги, потому что по своей геологической истории эта территория действительно уникальна в мировом масштабе.

В чем же эта уникальность?

Мы находимся над Русской плитой, где чехол осадочных пород превышает километр в толщину. Это означает, что на протяжении сотен миллионов лет мы были мелководным морем, здесь копились и копились осадки, и сушей эта территория стала немногим более 200 миллионов лет назад. Какая-то часть пораньше, другая позднее. Когда эта территория стал сушей, изменился наклон Русской плиты, немного просел ее восточный край, и в итоге уже не так давно, видимо, около 20 миллионов лет назад, сформировались системы рек, впадающих в нынешнее Каспийское море. Самому Каспию с того момента, как он отделился от Мирового океана, около пяти миллионов лет, а Волге и Оке в их нынешнем положении всего три миллиона лет.

В результате процессы накопления осадочных пород, которые можно назвать процессами омертвления, упадка и которые являются медленными по своей природе, сменились процессами, в геологическом плане довольно быстрыми, когда сформировавшиеся реки стали влиять на мягкие осадочные породы и фактически создали современный ландшафт. Волга и Ока, которые из-за силы Кориолиса все время изменяли свое русло, стремясь вправо и возвращаясь вспять, в результате выгладили большие территории левобережья на десятки и сотни километров, сделав их пойменными равнинами.

Уникальность нашей ситуации в том, что такие масштабные реки, длина каждой из которых от устья до места слияния превышает тысячу километров, нигде в мире не сформировали такой ландшафт с перепадом высот в 100 метров и более.

«Нужно объяснять людям, в чем ценность и уникальность этой территории и в чем ценность их образа жизни на этой территории. Сложившийся десятилетиями и веками уклад, отношение к родной земле – это то, что не купишь ни за какие деньги. И люди могут и должны ценить этот образ жизни, культуру жизни, которая сложилась здесь»

Конечно, есть на Волге и другие места с таким перепадом высот, но нигде больше нет такой неповторимой природы левобережья Волги. По левому берегу Волги от Городца примерно до Большого Козино произрастает так называемая «дубрава у Городца». Это памятник природы, крупнейшая дубрава в наших широтах – ее площадь пять тысяч гектаров. Место дубрав гораздо южнее, но именно в пойменной зоне, где формируется своеобразный микроклимат и достаточно богатые почвы, они и растут. И такая уникальная территория существует буквально в 14 километрах от Чкаловской лестницы! В хорошую погоду и с хорошей оптикой край дубравы можно отсюда разглядеть. А если мы в другую сторону посмотрим, за Бор, то там можно увидеть начало южной тайги.

А ведь еще сравнительно недавно, на закате советского времени, на Бору, недалеко от того места, где сейчас паромная переправа, располагалась мебельная фабрика, где изготавливалась мебель из дуба. Это значит, что дубравы у нас были, и гораздо больше. И никто сейчас не занимается их восстановлением, потому что это очень трудоемкий процесс, а ведь это самая ценная древесина, которая может быть в наших широтах, и не просто древесина. Дубы – это основа экосистемы.

Так какими вы видите границы территории, которую можно включить в геопарк?

Сейчас нужно решить задачу именно сохранения территории слияния рек. Это тот первый шаг, к которому, я надеюсь, идет наше правительство, – придать зоне слияния Оки и Волги статус культурного ландшафта. И шансы у нас очень высокие.

Определение границ будет зависеть от того, что мы будем развивать на этой территории. Будет ли здесь проходить целая система фестивалей, связанных с этим местом, или мы главный упор сделаем на развитие научного и образовательного туризма. Ведь у нас объект геологического наследия освоен человеком в высшей степени. Более того, на этой территории расположены многочисленные культурные объекты, созданные человеком в разное время. И вот вопрос сохранения этого наследия – как культурного, так и геологического – сейчас стоит на первом месте. Если это будет сделано, то довольно быстро местное сообщество решит, что конкретно здесь можно развивать и как именно это делать, и тогда станет понятно, какой будет площадь геопарка и его дирекция.

А сейчас, когда я думаю над тем, что должно войти в этот культурный ландшафт, понимаю, что это не должна быть очень большая территория. Безусловно, это должен быть правый берег Оки – семь холмов Дятловых гор, разумеется, со всем, что на них расположено, а на левом берегу обязательно должна быть искусственная насыпь, сделанная в 1930-х годах для защиты Канавина от весеннего половодья. По моим представлениям, это территория от Оки вглубь до улиц Совнаркомовской или Должанской. Именно здесь расположены наиболее ценные культурные и исторические объекты.

Местным жителям, на ваш взгляд, важен этот новый статус?

Думаю, самое главное – как сами жители этой территории относятся к ней и что считают ценным. Если вдруг окажется, что идея превращения этого ландшафта в объект всемирного наследия будет противоречить представлениям самих жителей, то, конечно, ничего не получится. Поэтому так важна работа с жителями начиная со школьных лет. Нужно объяснять людям, в чем ценность и уникальность этой территории и в чем ценность их образа жизни на этой территории. Сложившийся десятилетиями и веками уклад, отношение к родной земле – это то, что не купишь не за какие деньги. И люди могут и должны ценить этот образ жизни, культуру жизни, которая сложилась здесь. И говорить с людьми нужно именно об этом – это большая образовательная и воспитательная задача. И вся наша деятельность – научная и образовательная – на это направлена.

Беседовала Мария Медвидь

Фото: Роман Бородин.

Поделиться: