16+
Журнал / ДЕКАБРЬ 2018

Евгения Верба: «Общественные организации должны работать профессионально»

Евгения, вот уже почти 25 лет вы являетесь бессменным руководителем ассоциации «Служение». Насколько сложно было начинать тогда, в 1990-е, и что изменилось за это время?

Да, ситуация изменилась сильно. Когда мы начинали, у власти и населения совсем не было понимания, что это за некоммерческий сектор. Конечно, в Советском Союзе тоже были общественные организации, но то, что стало создаваться в новое время, не совпадало с тем образом, к которому все мы привыкли. В советское время общественные организации были государственными проектами по объединению граждан, решению определенных социальных задач. Инициатива спускалась сверху. А теперь инициатива исходила снизу. Организации создавались активистами, людьми, которые столкнулись с какой-то проблемой лично.

В 1990-х происходило бурное движение, НКО активно регистрировались. При этом чувствовали они себя в те годы неуверенно, были во многом неуклюжими, толком не знали, как взаимодействовать с властью, как объяснить, чем они занимаются, и доказать свою значимость, как работать с бизнесом, с самим населением.

Более того, было непонятно, как взаимодействовать друг с другом. НКО были разобщены, действовали сами по себе, не было тех структур, которые бы их объединяли, связывали эти инициативные группы и координировали их действия.

«НКО крупных городов избалованы вниманием и возможностями. А в глубинке ситуация еще во многом близка к девяностым»

В середине 1990-х стало очевидно, что всем этим, уже достаточно многочисленным, организациям нужна поддержка, продвижение их интересов, отстаивание их общих коллегиальных позиций, иногда даже помощь в выработке этих позиции, обучение, консультирование. И вот на этой ниве появились мы и с тех пор работаем сначала как городской Центр поддержки некоммерческих организаций, потом как областной, в конце 1990-х мы стали расширятся на тогда еще Волго-Вятский регион, а с 2011 года наша целевая аудитория – социально ориентированные НКО Приволжского федерального округа.

Сколько было НКО в регионе тогда, на заре формирования сектора, и сейчас, спустя практически 30 лет?

Сейчас сложно количественно охарактеризовать эту динамику. Сначала был бурный рост, потом он замедлился, потому что все активные уже пришли в этот сектор, так или иначе проявили себя и стали работать. Другие активисты, которые шли за этими первопроходцами, видели, что это нелегко, что ничего на них с неба не падает, что это тяжелый труд – поиск финансирования, сторонников, партнеров и вся эта деятельность – не всегда благодарная работа. Поэтому на определенном этапе рост числа НКО стабилизировался и замедлился. Часть организаций создается, а потом ликвидируется, есть неработающие организации. И вот уже достаточно давно это порядка пяти тысяч зарегистрированных НКО в Нижегородской области, но это не показательная цифра, потому что из них не более 500 действующих. Всегда это примерно 10%. Так уж повелось – и на уровне страны в целом, и в масштабах отдельного региона.

То есть статистически мы говорим о сотнях и тысячах, по факту – о десятках и сотнях соответственно?

Да, и это неплохо. Это вполне естественная ситуация, потому что до сих пор много идеалистов, организации создаются людьми, которые действительно верят, что у них получится. Многие НКО создаются одним лидером, который уверен, что сможет привлечь людей и средства. Но потом складывается далеко не все из задуманного. А бывает и так: организация поработала, решила проблему, ради которой создавалась, и прекратила свою деятельность.

Это вполне жизненная ситуация. У общественной организации нет задачи жить вечно. Часто НКО активно живет всего несколько лет, потом ее создатели либо выполняют задачу, либо разочаровываются, либо уходят в неактивное состояние. Тех, кто работает долго, постоянно и результативно, немного.

К вам за поддержкой обращаются именно НКО или запросы граждан тоже поступают?

Конечно, поступают и обращения граждан – не все способны сразу сориентироваться и понять специфику нашей деятельности. И мы их перенаправляем в профильные организации, занимающиеся именно этой категорией граждан. Поскольку база данных у нас есть, мы владеем информацией о том, что происходит в среде НКО, и можем переадресовать обращение.

А в целом же целевая аудитория ассоциации – это некоммерческий сектор.

Региональный конкурс «ОтЛИЧНОЕ ДЕЛО» — одна из форм поддержки микроинициатив граждан

При этом формально мы не фиксируем членство. У нас и не было никогда такой задачи – мы считаем, что все некоммерческие организации, которые работают и решают различные социальные проблемы в зоне нашего ведения, являются нашими неформальными членами и могут пользоваться теми услугами, которые мы предоставляем. Есть организации, которые, даже зная о нас, не обращаются. Есть те, которые о нас до сих пор не знают.

С середины 1990-х насколько изменились задачи, которые вы ставили перед собой?

Тогда нашей задачей было вырастить руководителей, специалистов, лидеров, волонтеров НКО, чтобы они умели правильно делать то, что они хотят делать. Сюда входит и управление организацией, и поиск средств, и связь с общественностью, и поиск волонтеров, и целый набор других компетенций, которые необходимы для того, чтобы общественная организация работала эффективно.

Тогда мы даже не мечтали о том, что будет государственное финансирование в виде грантов и различных субсидий. В те годы только-только налаживался диалог, чтобы государство принимало эти организации в качестве партнеров, делающих свой вклад в решение социальных проблем.

А с середины нулевых ситуация изменилась, изменились и законодательные нормы. Пришло признание на региональном и федеральном уровне. Тем не менее сейчас обучающая составляющая и профессионализация НКО не отошли на второй план. Раньше были только очные встречи, у нас очень активно работал Клуб лидеров НКО – это был единственный ресурс, где они могли общаться, обучаться и получать важную для себя информацию. Потом появились новые возможности дистанционного обучения, однако все это актуально для НКО крупных городов, а сейчас стоит задача уйти вширь и вглубь, обратить внимание на районные центры, на сельскую местность и там находить, буквально вылавливать и поддерживать гражданские инициативы. НКО крупных городов избалованы вниманием и возможностями. А в глубинке ситуация еще во многом близка к девяностым. И обучающие интернет-технологии помогут далеко не везде.

Каким вы видите решение этой проблемы?

Встречи на местах, кустовые обучающие программы. Еще наш последний актуальный проект направлен на то, чтобы обучить тренерскую команду ПФО, чтобы везде на местах был такой ресурсный человек – тренер, который мог бы в эти удаленные районы приезжать и работать с инициативными группами.

«Сейчас для части организаций, которые работают с населением на постоянной основе, открылось новое окно возможностей – получение компенсации от государства за оказание услуг гражданам. Если раньше это была прерогатива государственных организаций, то теперь открыт доступ второму и третьему секторам»

Более того, одно из новых направлений деятельности «Служения» – поддержка микроинициатив жителей региона. У нас до сих пор бытует мнение, что люди пассивны, что они не желают самостоятельно брать инициативу в свои руки и реализовывать какие-то интересные проекты у себя по месту жительства или по месту работы, учебы и так далее. Так вот – таких людей много. И на конкурс «ОтЛИЧНОЕ ДЕЛО», который проходил этим летом, мы получили более ста заявок от жителей. 32 микропроекта были отобраны и награждены в пяти номинациях. Все они направлены на улучшение качества жизни людей, в основном по месту жительства.

Общественник – это может быть профессией?

Есть узкий круг руководителей НКО, которые добились стабильного существования своих общественных организаций, и их деятельность стала постоянной оплачиваемой работой. Таких организаций еще меньше тех 10%, которые активно работают. Но нужно понимать, что это всегда осознанный и ответственный выбор человека, который не стремится к большому заработку. Здесь на первый план выходят общественные ценности, принципы, приоритеты, позволяющие идти на понижающие условия оплаты труда.

Кроме того, всегда есть риск нестабильности. В НКО, как и в бизнесе, ситуация порой бывает непредсказуемой. Но зато люди, выбирающие третий сектор сферой своей реализации, приобретают более свободный график работы – для многих это сегодня важно. Еще одна компенсаторная функция НКО – возможность постоянного роста, обучения и переобучения.

Здесь нужно еще учитывать смену векторов. Проектная деятельность НКО если не стала прошлым днем, то во многом уже отработанная тема. Сейчас для части организаций, которые работают с населением на постоянной основе, открылось новое окно возможностей – получение компенсации от государства за оказание услуг гражданам. Если раньше это была прерогатива государственных организаций, то теперь открыт доступ второму и третьему секторам.

Это тема буквально последних двух-трех лет. Законодательство позволяет НКО войти в реестр поставщиков социальных услуг, и теперь он формируется из государственных и негосударственных организаций.

По сравнению с проектной деятельностью это более сложный способ взаимодействия с государством. У нас в регионе лишь порядка шести НКО включены в реестр поставщиков услуг. Но это перспективно, нужно двигать общественные организации в этом направлении и учить их оказывать услуги на профессиональном уровне. Это совершенно другой уровень ответственности. Но именно к этому нужно стремиться. Будет постепенно формироваться очень правильная конкурентная среда для всех поставщиков услуг, и это хорошо для граждан – потребителей услуг. Они получат возможность выбора.

Беседовала Мария Медвидь

Фото: Роман Бородин.

Поделиться: