16+
Журнал / ИЮНЬ 2013

Валерий Белякович

Нижний Новгород с гастролями посетил Московский драматический театр имени К.С.Станиславского. На сцене театра «Комедiя» труппа под руководством народного артиста России Валерия Беляковича представила спектакли «Мольер» и «Последняя ночь Дон Жуана». Для актера и режиссера, театрального педагога и создателя московского «Театра-студии на Юго-Западе» Нижний Новгород – особенный город.

Я родился в простой рабочей семье, но почему-то еще в детстве почувствовал тягу к театральному искусству. Именно поэтому я поехал во Дворец пионеров и записался в «Театр юных москвичей». Первым моим спектаклем стал «Король-олень», главные роли в котором исполняли Наталья Гундарева и Сергей Никоненко. Я играл горожанина и по сценарию должен был выскочить на сцену и закричать: «Конкурс начинается!» К роли я готовился долго и ответственно, но, когда оказался перед публикой, пролепетал только что-то несуразное.

Сцена из спектакля «Мольер»

Актер и режиссер

Я всегда хотел быть актером и даже не задумывался о профессии режиссера. Когда я начал играть большие роли, мне пришла в голову идея поставить спектакль по произведению «Над пропастью во ржи». Холден Колфилд до сих пор остается для меня важным персонажем. Только в 26 лет я всерьез решил стать режиссером и поступил в ГИТИС.

В обход цензуры

Создать собственный театр-студию в 70-е было непросто. Мы работали только на энтузиазме и творили такое, что запирали помещение, в котором играли, изнутри.Даже когда мы получили новую площадку, мы никогда не сдавали спектакли, и это было феноменально под таким гнетом цензуры. На нас обратили внимание, когда мы поставили запрещенную пьесу «Носороги» Эжена Ионеско. Театрзакрыли, и три месяца я обивал пороги инстанций, чтобы нам позволили продолжить работу.

Театр как семья

«Театр-студия на Юго-Западе»— моя любовь, ему уже 36 лет. Сейчас я работаю и в драматическом театре имени К.С. Станиславского, и в родном театре-студии. Я думал, что смогу объединить две сцены и сделаю интересный конгломерат «Юго-Запад имени Станиславского». Оказалось, что это сложно. На «Юго-Западе» я смог создать особые отношения в труппе – «театр-семья». До моего прихода в театре имени Станиславского сменилось подряд несколько режиссеров, каждый из них раздавал свои авансы актерам. Труппа потеряла веру.

Мистика и «булгаковщина»

Мое появление в театре имени К.С. Станиславского иначе как булгаковской мистикой не назовешь. Театр я знал с детства, так как в кулинарии, располагавшейся на первом этаже, работала моя мама. Она доставала мне контрамарки, и я пересмотрел все спектакли, которые шли в то время на сцене. В день 120-летия со дня рождения Булгакова я выступал в его музее-квартире. Возвращаясь со спектакля, я шел мимо театра имени Станиславского и вдруг отчетливо услышал голос, который сказал: «Ты будешь здесь работать». Я думал, что сошел с ума, ведь рядом никого не было. На следующий день мне позвонили и пригласили работать в театр.

Сцена из спектакля «Последняя ночь Дон Жуана»

Рождение идеи

Начнешь специально думать, как зацепить зрителя, – ничего не придумаешь. Недавно я посмотрел на одного своего актера и вдруг понял, что он Отелло. В голове мгновенно родилась вся сценография. Я получил Государственную премию за пропаганду Шекспира, и «Отелло» будет моей следующей работой. Вот так рождаются спектакли.

Дружба с театром «Комедiя»

Я с радостью вспоминаю время, проведенное в нижегородском театре «Комедiя». Для меня это целая эпоха – 10 лет. Я горжусь тем, что работал в этом городе, который, на мой взгляд, должен быть столицей России. Я только что приехал из Японии и могу сказать, что ни один японский город невозможно сравнить с Нижним Новгородом. Там чистота и порядок, но такой шири и мощи, как здесь, – нет.
 

Беседовала Алина Мазина
Фото: Роман Бородин

 

Поделиться: