16+
Журнал / ОКТЯБРЬ 2015

Картина с книгой

Слово, преобразованное в яркую картину, рождает в мыслях человека емкий художественный образ, который дарит истинное удовольствие, понимание, новое знание. Или, наоборот, картина, увиденная в музее, благодаря творческому мышлению зрителя создает в его мыслях целую историю, приобщая к чуду изобразительного искусства. Легко ли читать картину, возможно ли разглядеть в ней идею художника? По сути, картина — это тоже книга, но в ней непросто через беглый взгляд найти последнюю страницу с главным смыслом. Что скрывает картина, ее сюжет, композиция, цвет, детали? Что хотел сказать мастер, изображая именно эти атрибуты, например книгу?

И.Е. Репин. «Портрет К.Б. Болеславовой». 1913. Собрание НГХМ

Интересна точка зрения научного сотрудника НГХМ Алексея Гурина на изображение книги в живописном произведении как одного из важных элементов картины: «Книга как живописный образ имеет многовековую историю в отечественном изобразительном искусстве. Это не праздный персонаж в композиционном строе и образной драматургии произведения, она одним своим присутствием, подчас довольно властно, корректирует доминантный образ. Внесенная в смысловую ткань живописного произведения даже на правах одного из множества атрибутов, книга неизбежно вносит рационалистический аспект в изображенный мотив. В парадных портретах эпохи Просвещения ее изображение чаще всего предстает как показатель широты интересов или в форме назидания зрителям. В руках прекрасных дам эпохи романтизма воспевает высоту и красоту переживаемых ими чувств. Позитивистский дух культуры второй половины XIX века вносит свои поправки в восприятие книги и имеет непосредственное отношение к специфике изобразительного искусства, в котором книжный или вообще литературный подтекст не может быть выражен иначе как в зримых формах. На картине И.Н. Крамского “Женщина под зонтиком” (1883) книга в руках героини становится смыслообразующим ядром. Без нее полуденная праздность женщины приобрела бы совершенно отвлеченное звучание, не сообразующееся с идейно, социально и психологически окрашенным творчеством этого мастера в целом. В работе И. Е. Репина “Портрет К.Б. Болеславовой” (1913) процесс активного взаимодействия с книгой и осмысления прочитанного сменяется моментом свободного, не связанного напрямую с книгой, творчества. Закрытый и отложенный в сторону массивный фолиант пассивно присутствует только на первый взгляд.

К.А. Сомов.«Две дамы в парке». 1919. Собрание НГХМ

Благодаря деятельности мастеров объединения “Мир искусства”, одним из учредителей которого был К. А. Сомов, книжная графика в России поднимается на небывалую высоту. Книга, до того практически не воспринимавшаяся в отрыве от своей утилитарной функции, усилиями этих художников превращается в арт-объект. В тонкой гротескности персонажей картины “Две дамы в парке” (1919) Сомова чувствуется «фирменная» ироничная интонация: в переплетении пальчиков жеманницы маленькая красная книжечка превращается в прелестную вещицу. Односложный красный цвет не оставляет сомнений относительно содержания книги — любовный роман или чувствительные стихи. Белые странички, выглядывающие из-под обложки, перекликаются с нижней юбкой дамы, усиливая латентно кокетливое настроение. Книга в руке женщины превращена здесь лишь в сладостный раздражитель, бередящий любовную фантазию героини».

Как многообразие литературы дает простор для выбора чтения, так  изображение книги, помещенное в сюжетный контекст картины, и интерпретация этого «говорящего» элемента может создавать различные образные ассоциации.

Поделиться: