16+
Журнал / ОКТЯБРЬ 2018

Марина Игнатушко: «При решении будущего Стрелки нужно учитывать розу ветров»

Нижегородская Стрелка продолжает притягивать взгляды и вызывать вопросы. Ее будущее туманно, а настоящее непонятно. Обнесенная оградой территория ждет решения своей судьбы, и решение это должно быть стопроцентным попаданием, считает архитектурный критик, лидер ОО «Открытая Стрелка» Марина Игнатушко.

Марина, бывший портовый участок Стрелки сейчас — что это? «Без облика и склада» — эта мандельштамовская фраза, на мой взгляд, очень подходит для характеристики данной территории.

Очень многие согласны с тем, что это кладбище наших возможностей. То, что утрачено, вызывает боль и горечь сожаления.

За что в течение более двух лет билась общественная организация «Открытая Стрелка»? Мы хотели, чтобы эта территория не превращалась в голую стройплощадку, а развивалась постепенно на основании тех ценностей, которые создавались и накапливались здесь десятилетиями и даже веками. Это обычный европейский, мировой процесс, когда превращение и преображение территории идет за счет усилий людей, живущих в этом городе, настроенных на то, чтобы его развивать и ­обустраивать. Редевелопмент промышленных территорий идет сейчас в мире повсеместно. По оценкам специалистов, одни только каркасы двух снесенных железобетонных пакгаузов вдоль Оки стоят порядка 500 миллионов рублей. А на наших глазах их просто смахнули с лица земли в августе прошлого года. Не только я одна убеждена в том, что утрата этих конструкций — катастрофическая ошибка.

Главная претензия к этим пакгаузам, которая неоднократно озвучивалась в процессе обсуждения их судьбы, — то, что они закрывают панораму города, вид на нагорную часть, кремль и так далее. Но у Стрелки были особая драматургия, пространственный сценарий: ты идешь, и у тебя только мелькает панорама города, проходит пунктиром, а потом ты попадаешь на саму Стрелку и — ах! — город открывается тебе весь, полностью, во всем великолепии. И это «ах!» уже подготовлено всем маршрутом, оно ожидаемо. Мы потеряли такую возможность посмаковать лучший вид на Нижний.

Железобетонные пакгаузы, снесенные в прошлом году, до сих пор вызывают у специалистов боль утраты (фото Андрея Скворцова, 2003 год)

Большие пустые пространства с покровным озеленением, чудом сохраненные деревья, хаотически расположенные объекты, сеть дорожек — и все за забором. Это то, что мы имеем сейчас?

Да, связи — только смысловые. Ярмарочная водокачка, которая сейчас закрыта фальшфасадами, — единственное строение на Стрелке, имевшее статус регионального ОКН. Там были еще несколько зданий этого же перио-да, но в год 200‑летия переноса ярмарки в Нижний Новгород они были снесены, а сама водокачка сильно пострадала. Удивительно и радостно, что на Стрелке сохранился частный отель «Никитин». Он расположен в здании старой ярмарочной гостиницы.

Шикарное бомбоубежище, о котором столько писали, сгорело в ноябре того же 2017‑го. Пакгаузы вдоль Оки потеряны. Сохранились лиственницы, которые сажали еще сотрудники порта, монумент подвигу портовиков в годы Великой Отечественной войны.

«У Стрелки были особая драматургия, пространственный сценарий: ты идешь, и у тебя только мелькает панорама города, проходит пунктиром, а потом ты попадаешь на саму Стрелку и — ах! — город открывается тебе весь»

И, конечно, уже больше полугода стоят обнаженными металлические каркасы двух пакгаузов вдоль Волги, получившие статус ОКН регионального значения. Хотя мы очень сопротивлялись и приводили доводы, конструкции раздели как раз в прошлую зиму. И сравнение с Эйфелевой башней здесь совершенно неуместно. На мой запрос в Центральный научно-исследовательский и проектный институт строительных металлоконструкций имени Н. П. Мельникова, где работают главные специалисты по металлу в стране, способные дать максимально объективную оценку, мне ответили, что это совершенно другой металл, совершенно другой тип соединения и он не рассчитан на то, чтобы стоять открытым, он должен быть в оболочке. И специалисты дали такой прогноз: срок работы конструкций без оболочки кратен их возрасту. А возраст наших ажурных пакгаузов — от 127 лет (если считать со Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 года) до 136 лет (со времени Всероссийской выставки 1882 года, проходившей в Москве на Ходынском поле, к которой они и были изготовлены). И вот это нужно поделить на сто, то есть в таком виде они могут простоять полтора года. Это значит, что нужно срочно принимать решение об их защите.

Стрелке еще предстоит обрести свой облик, сейчас это законсервированная территория

Так что мы имеем разруху, и прежде чем запускать туда каких-то инвесторов, нужно создать концепцию этой территории, понять ее место, роль в нашем городе. «Открытая Стрелка» два года собирала материал, поднимала историю этого места, мы приглашали к обсуждению различных специалистов, мы показывали Стрелку коллегам из других стран. И стало очевидно, что это площадка даже не российского, а мирового уровня. Это уникальнейшее место. Поэтому нужно сделать концепцию настолько убедительную, чтобы она работала на перспективу. Концепцию, учитывающую то, что здесь было, историческую многослойность этого места.

Но ведь осталось совсем мало от того, с чем можно работать.

Краны, подобные тем, которые были на Стрелке, еще работают на Волге. Если есть в этом необходимость, их можно и привезти. Но есть очень интересный градостроительный пример — создание нового престижного делового района в Лондоне — Доклендс. Это бывшая портовая территория на юго-востоке города, и там тоже многое было снесено, но на оставшихся складских площадях разместились музей, отель, ресторан. Но самое главное — не было забыто, что это территория порта. Везде вдоль реки стоят муляжи кранов — дизайнерские штуки. Так что решение может быть и таким, почему нет? Есть и другие примеры сохранения памяти о кранах, о порте.

Какие процессы произошли за этот год? К какому диалогу власти и экспертного сообщества удалось прийти?

У нас была встреча с главой региона в августе, мы ему всю эту историю изложили. И я могу сказать, что представители «Открытой Стрелки» были выслушаны и поняты.

«Самое главное — здесь не должно быть того, что есть во всем городе. Или тут должно быть то, чего нет нигде. Никакого дублирования и тиражирования»

На данный момент ясно одно: хотя многое уже снесено и безвозвратно утрачено, мы говорим, что это по-прежнему уникальная территория, а значит, для нее нужно создать уникальные правила. А это такие правила, которые не меняются в зависимости от того, какой инвестор на нее придет. И в этом мы нашли понимание со стороны руководства региона.

Именно поэтому сейчас нет активных открытых действий. Сейчас идет кропотливая медленная работа по выработке этих правил. Конечно, один из возможных благополучных для Стрелки вариантов — привлечь сюда какой-то большой федеральный проект.

И грядущее 800‑летие города — хороший повод?

Почему бы и нет? И нужно, чтобы возможные объекты на Стрелке отвечали уровню самого этого места.

Кафедра ЮНЕСКО ННГАСУ написала заявку на признание места слияния Волги и Оки со Стрелкой, кремлем на высоком берегу, Гребневскими песками памятником природы мирового значения. Доцент этой кафедры Александр Иванов убедительно это доказывает. Геологическая история этой территории уникальна. В августе в город уже приезжала комиссия ЮНЕСКО, и рассмотрение заявки сейчас идет.

Тем более нельзя махом что-то решать со Стрелкой. Но при этом не терпит отлагательства вопрос с покрытием пакзаузов, чтобы защитить их от разрушающего действия воды, ветра и температур.

Уникальные правила для уникальной территории — что уже сейчас кажется вам самым очевидным и принципиальным?

Конечно, задача концептуально объединить оставшиеся объекты не из легких. Существует проект парка на Стрелке, но ведь Стрелка бывает прекрасной три месяца в году — в остальное время там хочется спрятаться от ветра. Нижегородская роза ветров такова, что наиболее сильные юго-западный и северо-восточный потоки встречаются именно в этой точке. Поверьте, вам не захочется здесь гулять. В городе есть парки — проведите их в порядок. Зачем создавать новый в таком неподходящем для этого месте?

Здесь могут быть гостиницы, музейные, выставочные центры и центры деловой активности, рестораны и кафе. Но при этом все это или что-то еще должно быть особенным. Самое главное — здесь не должно быть того, что есть во всем городе. Или тут должно быть то, чего нет нигде. Никакого дублирования и тиражирования. Должно быть предложение только для этого места. То, зачем поедут именно сюда. Должна быть особая потребность сюда приходить.

Темы:

Беседовала Мария Медвидь

Фото: Роман Бородин.

Поделиться: