16+
Онлайн
Трансляция завершена
04.03.2019, 08:40 Общество

Заседание Нижегородского райсуда по делу Сорокина, Воронина и Маркеева 4 марта: онлайн-трансляция

Заседание Нижегородского райсуда по делу Сорокина, Воронина и Маркеева 4 марта: онлайн-трансляция

Сегодня, 4 марта 2019 года, в Нижегородском районном суде продолжается заседание по делу, по которому обвиняются экс-глава Нижнего Новгорода Олег Сорокин и бывшие офицеры милиции Евгений Воронин и Роман Маркеев, в качестве потерпевшего в процессе участвует Александр Новоселов.

Напомним, на предыдущем заседании, 1 марта, состоялся второй день прений сторон: выступили адвокаты Олега Сорокина — Вадим Богдан, Игорь Нагорный, Дмитрий Артемьев, Дмитрий Кравченко, Михаил Бурмистров.

Выступление Олега Сорокина продолжалось 5 с половиной часов с перерывами и не закончилось.

Участники процесса:

  • председательствующий — судья Нижегородского районного суда Екатерина Кислиденко;

  • прокуроры — Елена Шкаредная, Максим Амосов и Полина Трусова;

  • адвокаты Олега Сорокина — Дмитрий Артемьев, Вадим Богдан, Михаил Бурмистров, Дмитрий Кравченко, Сергей Лебедев, Игорь Нагорный;

  • адвокаты Евгения Воронина — Андрей Юдин, Антон Стассий, Шота Горгадзе, Нина Платова, Асланби Мамхегов;

  • адвокаты Романа Маркеева — Андрей Бастраков, Кирилл Коптелов, Ирина Каталымова;

  • представитель Александра Новоселова — адвокат Татьяна Серебряная.

Подробности о процессе — в нашем навигаторе по текстовым трансляциям с судебных заседаний.

Действующие лица:
Темы:
                                                                                                    
                                                                                                    
Поделиться:

Сортировать: сначала новые / сначала старые

09:30

Сорокин: обращаю внимание на то, что с марта 2013 года в течение нескольких месяцев мы с Садековым не общались, ни одного контакта с ним судом не установлено. Это опровергает утверждение, что у меня была заинтересованность в его деятельности. Следствие должно было установить, полезными или бесполезными являются наши с ним телефонные переговоры. Но их вообще не было. Все, что меня интересовало, это возврат долга Чегодаева, это подтверждается многочисленными документами, которые имеются в материалах дела. Но не только обвинение не огласило эти документы, самое грустное, что и нам не дали их огласить. Тогда мы бы поняли, о чем вообще идет речь.

09:33

Сорокин: деньги, которые Халиуллин положил в ячейку, были положены на хранение. Это подтверждается их разговором. Причем тот разговор, который мы тут услышали, не окончен. Он обрывается еще до того, как эти деньги в ячейку попали. Сам этот факт уже говорит о недопустимости этого доказательства. Но это подтверждает то, что именно Садекову принадлежали эти деньги в ячейке, они до конца находились в его распоряжении.

09:38

Сорокин: сомнению подвергаются показания таких свидетелей, как Шмелев и Лазарев. Первый лгал даже, где находилась моя депутатская приемная. Мы подтвердили документами, что приемная была по другому адресу, где работала в течение 10 лет. Но свидетелей, которые это бы подтвердили, нам не дали допросить. Мы убедились, что свидетель врет. Но если он врет в одном, то нет гарантии, что он не врет и в другом. Но мы не смогли даже опровергнуть его ложь, потому что не знали источник его осведомленности. Не было смысла в засекречивании этого свидетеля, государство в состоянии обеспечить его безопасность.

09:41

Сорокин: другой свидетель — Лазарев — с умным видом тут вещает про строительство, а сам не может даже назвать адрес единственного дома, который он построил. Может, потому и сложно было таким инвесторам принимать участие в аукционе, что они ни в чем не разбирались. Но странно, что обвинение в суде не представило доказательств того, что Лазареву было сложно принимать участие в аукционе. Можно же было запросить тот документ, с которым он обращался к разработчикам, чтобы ему составили не предложения по планировке, а полноценный ППМ, это можно было выяснить.

09:43

Сорокин: нам не дали допросить многих свидетелей, специалистов, которые подавали документы, составляли документы, принимали документы, которые могли бы подтвердить, как все было на самом деле. А допросили тут лишь Лазарева, который и жалуется непрофессионально, и документы не подает на участие в аукционах.

09:48

Сорокин: меня тут гнали с ознакомлением 80 томов, я добросовестно читал, но можно было бы сразу сказать, что будем работать только по 15% материалов дела. Я не имел возможности ознакомиться с 90% вещественных доказательств. Почему мы тут не озвучивали показания свидетелей, которые они давали пять лет назад, десять лет назад? А ведь стало бы понятно, что они меняли свои показания.
Судья делает Сорокину замечание, что он повторяется. Сорокин поясняет, что у него это последняя возможность что-то сказать в свою защиту.

09:50

Сорокин: мне непонятно, почему мы не допросили тех, кто был непосредственными участниками событий, например, следователя Клочкова? Он был свидетелем со стороны обвинения и был готов к допросу, почему его не допросили?

09:53

Сорокин: Инградстрой получил права на участок лишь спустя полтора года после аукциона без всякой поддержки со стороны. Получил по решению суда, причем не того суда, который обсуждался в телефонных разговорах, а суда между ним и Мингосимущества. В чем тут моя выгода, которую следствие мне пытается приписать?

09:57

Сорокин: мы услышали в зале суда ложное обвинение в том, что в то время все аукционы выигрывал Старт-Строй, но нам не дали здесь допросить тех, кто проводил эти аукционы, чтобы они могли рассказать, кто их выигрывал. Не допросили руководство Старт-Строя, компании, которая за 20 лет ни одного дольщика не обманула. Если бы никто, кроме Старт-Строя, больше не выигрывал, то у нас в городе не появились бы такие микрорайоны, как Гагаринские высоты, Юг, Водный мир, Маршал-град, Окский берег и много других. Безосновательные утверждения обвинения нам не дали опровергнуть.

10:00

Сорокин: инициатором всех разговоров со мной были Садеков или Хан. В разговоре в Каннах тему денег поднимает Хан, но не в разговоре со мной, а с Садековым. Ни одной конкретной договоренности между мной и другими не было достигнуто, никаких фраз или слов об отзыве исков или чего-то подобного.

Публикации по теме: