16+
Комментарии
21.02.2019, 16:47 Общество

Нам пытаются ставить в вину, что, несмотря на драконовский график, мы выполняем свою работу, — Дмитрий Артемьев

Нам пытаются ставить в вину, что, несмотря на драконовский график, мы выполняем свою работу, — Дмитрий АртемьевФото: Андрей Абрамов

Адвокат Дмитрий Артемьев комментирует итоги заседания Нижегородского районного суда по уголовному делу экс-главы Нижнего Новгорода Олега Сорокина и двух бывших офицеров милиции Евгения Воронина и Романа Маркеева 20 февраля 2019 года.

Как рассказал защитник Олега Сорокина, в суде были озвучены показания, подтверждающие, что Сорокин в 2012—2013 годах не был заинтересован в деятельности ООО «Инградстрой». В результате оглашения экспертного заключения сотрудника Института Пушкина Михаила Осадчего, который анализировал запись разговора Сорокина, Хана и Садекова, стало ясно, что разговор носил официальный характер между главой города и потенциальным инвестором.

«Вместе с тем эксперты, производившие данную экспертизу, умышленно, не умышленно, неизвестно, но фактически натягивали заключения экспертизы до тех позиций, которые были выгодны стороне обвинения. Это напрямую следовало из того, что сообщил нам данный эксперт», — отметил Дмитрий Артемьев.

Также адвокат ссылается на показания специалистов по цифровым записям Дмитрия Зиновьева и Андрея Цыганова, которые выяснили, что аудиозапись велась не на бытовой диктофон, как рассказал суду Хан, а на оборудование, используемое сотрудниками спецслужб. Кроме того, аудиозапись и видеозапись подверглись монтажу, а после были переконвертированы в другой формат, что скрывает следы вмешательства.

Дмитрий Артемьев указал и на то, что суд пытался опорочить заключение экспертов по формальным признакам, не пытаясь разобраться, был ли монтаж в приобщенных к делу записях или нет. Также председательствующий судья отказала защитникам исследовать материалы дела, ссылаясь на то, что эти документы подтверждают позицию обвинения, но так как они не нужны обвинению, то и защита тоже в них не нуждается.

«Получается, что в деле есть куча доказательств, потенциально подтверждающих нашу позицию, которые обвинению нет смысла оглашать, но парадокс заключается в том, что и защита не может огласить данные документы. То есть документы есть, а в правовом поле они отсутствуют. Это нонсенс. Бывают спорные ситуации, когда защита просит что-то запросить дополнительно, сама что-то приносит в дело, и участники процесса обсуждают, нужно это, не нужно. Но в нашем случае материалы уже есть в деле. Следствие приняло решение приобщить данные документы к материалам уголовного дела. Априори то, что есть в деле, мы можем исследовать. Однако нам это запрещают», — говорит адвокат.

По словам Дмитрия Артемьева, отдельной темой заседания 20 февраля стало разбирательство, как адвокатам удалось пригласить в суд 9 свидетелей при таком плотном графике заседаний.

«Моего коллегу адвоката Богдана спрашивали: „Вы же были в процессе, как вы могли вызвать свидетелей?“. То есть нам пытаются ставить в вину, что, несмотря на этот драконовский график, мы еще как-то выполняем свою работу», — отмечает Артемьев.

Также он поясняет, что не понимает, по какой причине суд удалил из зала адвоката Антона Стассия, который представляет интересы Евгения Воронина. По мнению Артемьева, законом подобное решение суда не предусмотрено, однако это подтверждает полное игнорирование судом принципа состязательности и равенства сторон.

Действующие лица:
Темы:
                                                                                                    
                                                                                                    
Поделиться:
Публикации по теме: